16:03

Ингерманландские финны. Часть первая

Ингерманландские финны называют себя суомалайсия или инкерин суомалайсэт и используют ингерманландские диалекты финского языка. Финны же называют ингерманландцев инкериляйсет (inkerilaiset) — жители Инкери (финское название Ингерманландии). Этот народ принадлежит к прибалтийско-финской языковой группе.

Финны появились на территории Ингрии после 1617 года, на земле между реками Нарова и Лава, когда эти земли по условиям Столбовского мира отошли Швеции. Некоторое число финских поселенцев существовало здесь с XIV века, после заключения Шлиссельбургского (Ореховецкого) мирного договора. В новую шведскую провинцию Ингерманландию переселялись финские крестьяне с Карельского перешейка и из восточной Финляндии. После возвращения этих земель в состав России финские крестьяне в Финляндию не ушли, а остались жить в ставших уже родными деревнях. Ингерманландцы в целом держались изолированно от соседнего населения — води, ижор, русских.

Ингерманландская финка в праздничном костюме финнов-эурямёйсэт

Ингерманландцев можно считать старожилами Ингрии. Их следует отличать от собственно финнов — позднейших выходцев из различных районов Финляндии. Но сами ингерманландцы почти полностью утратили этническое самосознание и считают себя финнами или ассимилированы соседними народами. Ряд мало различающихся говоров ингерманландцев относится к восточным диалектам финского языка. В прошлом ингерманландцы подразделяли себя на две этнические группы: эвримейсет (avramoiset) и савакот (savakot). Финны-эвримейсет были по происхождению карелами, они долго сохраняли не только свою культуру, особое наречие и великолепный костюм, но и свой характер: основательный и медлительный. Они глубоко чтили свои обычаи, считая, что всё, что сделано дедами, правильно и свято. Вторая группа — финны-савакот — были более общительными, они быстрее перенимали всё новое и были прекрасными торговцами.

Общие черты ингерманландских финнов — трудолюбие, бережливость и особое упорство, которое имеет у них даже специальное название — сису. Богатство не считалось удачей, к нему относились как к результату напряженного труда. В финских хозяйствах всё делалось основательно, к труду относились добросовестно и работали все. «Только тот, кто трудится, достоин вознаграждения», — говорили в народе. В среднем на крестьянский двор приходилось две-три коровы, пять-шесть овец, обычно держали свинью, несколько кур.

Пьянство в финских деревнях строго осуждалось. Зато очень приветствовалась грамотность! Финны считались грамотным народом, поскольку более 70% крестьян умели читать и писать. Без этих навыков нельзя было пройти церковный «экзамен» и даже жениться.

Основным занятием ингерманландских финнов было земледелие. Еще в XVIII веке финны выращивали рожь, ячмень, овес, гречиху и горох, из технических культур — лен и коноплю, которая шла на домашние нужды — изготовление сетей, мешков, веревок. На песчаных почвах некоторых северо-восточных районов, а также в окрестностях Волосово хорошо родился картофель, и к середине XIX века он стал истинно «финским» овощем. О нем даже пели песни! Картофель финны стали возить на петербургские рынки, как и капусту, часть которой продавалась в квашеном виде. Финские крестьяне также собирали и сбывали в Петербург ягоды и грибы. В особенно урожайные годы сбор грибов оказывался выгоднее хлебопашества!

Одним из важных для ингерманландских финнов был молочный промысел. Прежде молоко приходилось возить в город на телегах, а затем охтенки (первоначально это название относилось к жительницам ингерманландских приохтенских деревень) — финские молочницы — разносили молочные продукты по домам, держа по несколько бидонов молока на коромысле.

Рыболовством финны занимались во всех уездах Петербургской губернии. Самый большой лов шел зимой на Финском заливе и Ладожском озере подледными неводами. Рыбаки выезжали на лед с санями и дощатыми будками, в которых жили. На реке Луге ловили миногу, которая очень охотно раскупалась и в Нарве, и в Санкт-Петербурге. А с Ильина дня (2 августа) начиналась ловля больших раков — один человек мог наловить до трехсот штук в день.

Ингерманландцы продавали на петербургских рынках телятину и свинину. Также разводили на продажу гусей — их перегоняли в город «своим ходом», предварительно покрыв лапки птиц дегтем и песком, чтобы они не стерли в пути перепонки. Многие финны везли на городские рынки садовые ягоды, мед, дрова, веники, сено и солому.

Ингерманландцы занимались различными подсобными работами и отхожими промыслами: нанимались на рубку леса, драли кору для дубления кож, ходили в извоз, зимой извозчики («вейки») подрабатывали в Петербурге. В прибрежных деревнях финские мастера строили лодки. У ингерманландских финнов насчитывалось более ста видов ремесел и кустарных производств, в том числе и уникальные, например, изготовление цветов из стружек или сбор муравьиных яиц, которые шли на корм для аквариумных рыб и домашних птиц.

Был у ингерманландских финнов и особый «питомнический» промысел: крестьяне брали на воспитание сирот из Воспитательного дома и от частных лиц в Петербурге, получая за это определенную сумму денег. Такие руунулапсет («казенные дети») воспитывались наравне с собственными детьми в финских традициях.

Финны исповедовали лютеранскую веру, и церковь создавала в приходах финские школы, которых к началу XX века было 229. Учителей готовила Колпанская учительская семинария (1863–1919) под Гатчиной.

Первая местная финская газета «Пиетарин саномат» была основана в 1870 году. В 1920–1930-е в Ленинградской области появились национальные финские сельские советы и национальный район. Издавались газеты, журналы и книги на финском языке, действовали финские школы, техникумы, отделения институтов, издательство, два театра, два музея, даже велось радиовещание на финском языке.

В 1937 году начались массовые репрессии, финские церкви и школы были закрыты, многие тысячи финнов расстреляны. В 1938-м была запрещена деятельность лютеранских церковных общин. Еще в конце 1920-х при раскулачивании многие ингерманландцы были высланы в другие регионы страны. В 1935–1936 годах была проведена «чистка» пограничных районов Ленинградской области от «подозрительных элементов», в ходе которой значительная часть ингерманландцев была выселена в Вологодскую область и другие районы СССР.

В ходе Великой Отечественной войны около двух третей советских финнов оказалось на оккупированных территориях, и по ходатайству финских властей около 60 тысяч человек было эвакуировано в Финляндию. После заключения мирного договора СССР с Финляндией эвакуированное население было возвращено в СССР, но не получило права поселения на прежних местах жительства. В результате за несколько десятилетий ингерманландцы были практически полностью ассимилированы более крупными этносами. После ссылок в финские деревни Ленинградской области вернулась только десятая часть прежнего довоенного населения. В итоге немногочисленный народ рассеялся на просторах Евразии от Колымы до Швеции. Ныне ингерманландские финны проживают кроме Ингерманландии в Карелии, различных областях России, Эстонии, Швеции. Начиная с 1990 года, примерно 20 тысяч ингерманландских финнов эмигрировало в Финляндию.

Если по переписи 1926 года финнов в Ингерманландии насчитывалось около 125 тысяч человек, то к 2002-му их численность в Ленинградской области упала до восьми тысяч. А, по сведениям 2010 года, в Волосовском, Всеволожском, Гатчинском, Кингисеппском и Ломоносовском районах проживает 4366 ингерманландских финнов.

Татьяна Пангина

Понравилась статья? Поделись с друзьями!