Стратегическая победа советской дипломатии накануне Второй мировой войны

К 80-летию со дня подписания в 1939 году советско-германского договора о ненападении

 

Что ж ты смотришь на сучок в глазу ближнего твоего, а в своем глазу бревна не замечаешь?

Евангелие от Матфея

 

80 лет тому назад, 23 августа 1939 года, в Москве был подписан договор о ненападении между Советским Союзом и Германией. В преамбуле к нему указывалось, что договор основывается на положениях договора о нейтралитете, заключенного между СССР и Германией в апреле 1926 года, и заключается в целях «укрепления дела мира» между странами. Первая статья договора гласила: «Обе договаривающиеся стороны обязуются воздерживаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами». К тому времени подобные договоры о ненападении Германия уже подписала с Польшей, Великобританией и Францией.

У нас, на западный манер, этот документ называется пактом Молотова-Риббентропа, по имени главных подписантов. Он был подписан по уполномочию Правительства СССР председателем Совнаркома и наркомом иностранных дел СССР В.Молотовым, а с немецкой стороны — министром иностранных дел Германии И.Риббентропом. Этот пакт на протяжении десятилетий подвергается ожесточенной критике со стороны бывших союзников по антигитлеровской коалиции. В 2009 году Европарламент даже провозгласил 23 августа Европейским днем памяти жертв сталинизма и нацизма.

 

С больной головы на здоровую

США, Великобритания и Франция, обрушиваясь с критикой на пакт, преследуют корыстную политическую цель: обелить внешнюю политику, проводимую ими после окончания Первой мировой войны; отвести от себя ответственность за послевоенное устройство мира и создание условий, при которых Вторая мировая война была неминуема. Именно на эту предопределенность обратил внимание маршал Фош, генералиссимус союзных армий, когда ознакомился с условиями Версальского мирного договора. Он пророчески сказал: «Это не мир. Это перемирие на двадцать лет».

Великие державы лукаво заявляют о том, что в сентябре 1939 года, когда заполыхал мировой пожар, они выступили против агрессора, а Советский Союз «оказался в одном лагере с нацистской Германией». Тем самым они навязывают молодым поколениям всего мира тезис о том, что СССР был соучастником развязывания Второй мировой, низвергая нашу страну с пьедестала победителя нацизма, низводя ее до положения виновника развязывания мировой катастрофы и объявляя таким же отвратительным тоталитарным монстром, каким была гитлеровская Германия.

 

А судьи кто?

Правда истории заключается в том, что именно Франция, Англия и США, принудившие Германию к позорной капитуляции по итогам Первой мировой войны, навязали ей унизительные условия Версальского договора в 1919 году, запретив иметь регулярную армию, возложив выплату баснословных репараций и отобрав Рейнскую и Саарскую промышленную зоны, без продукции которых, а также от галопирующей инфляции население Германии испытывало огромную нужду и бедствия. Так великие державы собственноручно возродили в германской нации дух реваншизма!

К тому же Франция, Англия и США, люто ненавидевшие русский коммунизмом, полтора десятилетия взращивали германский национал-социализм как орудие борьбы с ним. После прихода Гитлера к власти они с 1935 года закрывали глаза на систематические нарушения им статей Версальского договора, включая военное вторжение в Рейнскую демилитаризованную зону и захват — при молчаливом согласии Франции — промышленной области Эльзас-Лотарингии; резкое увеличение армии; введение всеобщей воинской мобилизации и — при благосклонной помощи Англии и США — ускоренную милитаризацию экономики. Перед войной четверть немецкого общества «Газолин» принадлежала английским компаниям, треть немецких АЗС — американским, которые построили для Германии еще и завод по производству авиационного бензина.

Это они всячески поощряли агрессора, предоставив Германии в качестве бонуса право проведения летней (1936) и зимней (1937) Олимпиад. Они умиротворяли его, разрешив присоединение Австрии в 1938-м и расчленение Чехословакии в 1939-м; вернув Германии Судетскую область, населенную немцами, и, благодаря этому, получив — за счет чехов — мирную передышку. Политика уступок со стороны великих держав дала Гитлеру возможность перевооружить армию и использовать военную силу для угроз и шантажа. А когда нацистское «дитя» взбунтовалось против своих покровителей, напав 1 сентября 1939 года на Польшу, Англия и Франция цинично оставили своего союзника один на один с агрессором; не введя свои войска на территорию Польши, не отправив ей на помощь ни одной дивизии, ни одной эскадрильи самолетов.

Таким образом, политические элиты великих держав в период между Первой и Второй мировыми войнами целенаправленно взращивали и поддерживали агрессора, проводили трусливую политику его умиротворения и побуждали к военному столкновению с СССР. Поэтому именно на Англии, Франции и США лежит главная ответственность за катастрофу Второй мировой войны!

 

Притворная политика Англии и Франции на военных переговорах в Москве

15 марта 1939 года Гитлер, приняв предложение президента Чехии о протекторате Германии над Богемией и Моравией, вторгся в Чехию и оккупировал Прагу, растоптав все мюнхенские соглашения и выйдя из-под контроля своих покровителей. Англия и Франция в тот день отмолчались, так как с нетерпением ожидали германского натиска через Словакию в Закарпатскую Украину.

В этих условиях 17 апреля советское правительство выдвинуло официальное предложение о заключении тройственного пакта о взаимопомощи между Великобританией, Францией и СССР. Три державы должны были также гарантировать неприкосновенность тех государств Центральной и Восточной Европы, которым угрожала германская агрессия. Три месяца Франция и Англия нагромождали искусственные трудности, устаивали различные проволочки — тянули время. Только 23 июля 1939 года Англия известила СССР о согласии начать переговоры. Военные делегации не спешили: выехали из Лондона в Москву на тихоходном товарно-пассажирском пароходе; их руководители, английский адмирал Дракс и французский генерал Думенк, не имели от своих правительств полномочий на подписание конвенции.

Переговоры начались только 12 августа 1939 года. Согласно инструкции делегации вели их притворно, ограничиваясь общими формулировками и явно не преследуя цели заключить с СССР военную конвенцию. Как стало известно позже, министр иностранных дел Англии лорд Галифакс инструктировал адмирала Дракса: «Тяни переговоры, переговоров не будет». Несмотря на это, советская сторона терпеливо вела эти переговоры. Глава советской делегации нарком обороны К.Е. Ворошилов заявил о готовности СССР в случае необходимости выставить более 120 дивизий. В свою очередь он спрашивал: «Какова будет численность английского экспедиционного корпуса к началу возможных боевых действий?» Ответ английской делегации был малоутешительным: Англия обещала выставить только шесть дивизий. На конкретный вопрос Ворошилова «Поскольку у СССР нет общей границы с Германией, есть ли договоренность с Польшей и Румынией о пропуске советских дивизий к месту боестолкновения с Германией?» ни 12, ни 14, ни 21 августа советская сторона так и не получила внятного ответа. Мало того, адмирал Дракс предложил отложить очередное заседание на три-четыре дня! Было очевидно, что союзники нарочно тянут время.

К 21 августа 1939 года руководству СССР стало окончательно ясно, что Польша и Румыния отказываются пропустить советские войска через свои территории, что союзники на деле использовали переговоры, чтобы заставить Германию отказаться от агрессивных намерений в их отношении на европейском континенте и направить агрессию Гитлера на СССР. Переговоры приобрели безнадежный характер, хотя мы сделали всё возможное, чтобы сдержать войну в Европе. По оценке посла СССР в ФРГ Фалина, «в момент принятия решения — заключать или нет договор о ненападении с Германией (19-20 августа 1939-го) — у Сталина выбора уже не существовало. Все шансы на достижение соглашения с Англией и Францией были полностью исчерпаны, что лишало альтернативы».

Таким образом, подписание договора с Германией оказалось неизбежным. Рассчитывать приходилось только на свои силы. Но Советскому Союзу требовалось время, чтобы подготовиться к войне. В тот же день вечером, в 17.00, В.М. Молотов передал послу Германии в Москве Шуленбургу письмо Сталина, в котором говорилось: «Советское правительство поручило мне сообщить вам, что оно согласно на приезд в Москву г. Риббентропа 23 августа».

 

Визит Риббентропа в Москву

23 августа 1939 года И.Риббентроп прибыл в Москву. В ночь на 24 августа был подписан, а на следующий день опубликован советско-германский договор о ненападении сроком на десять лет. Обе стороны брали на себя обязательства воздерживаться от любого насилия и агрессивных действий в отношении друг друга. В случае возникновения споров или конфликтов между СССР и Германией обе державы должны были разрешать их «исключительно мирным путем в порядке дружественного обмена мнениями».

 

Трудный исторический выбор СССР накануне Мировой войны

В условиях, когда фашистская Италия, милитаристская Япония и нацистская Германия, начав борьбу за передел мира, поставили человечество на грань катастрофы, Советскому Союзу предстояло сделать исторический выбор: войти в союз с Англией и Францией, пойти на временный тактический альянс с фашистской Германией или же остаться в одиночестве в окружении враждебных государств и погибнуть в пожаре надвигавшейся войны.

Советское руководство располагало информацией о планах великих держав направить германскую и японскую агрессию на СССР. После предательства Чехословакии в сентябре 1938 года и бесполезных военных переговоров с ними в августе 1939-го руководство СССР правильно предположило, что Англия и Франция заинтересованы только в одном: столкнуть Германию с СССР. Сталину было известно содержание закрытого доклада президента США Ф.Д. Рузвельта, с которым он выступил перед своим кабинетом, о том, что если Гитлер нападет сначала на СССР, то США и Англия не будут участвовать в конфликте, пока стороны не истощат друг друга до предела, и вмешаются лишь в том случае, если вдруг кто-то из двух воюющих континентальных держав начнет становиться господином Евразии.

Уверившись в коварной игре великих держав, Сталин поступил так же, как Кутузов, который временно сдал Москву в 1812 году французам, ради конечной победы над ними: воспользовавшись тактической переменой в планах Германии в августе 1939-го, Сталин пошел на временный политический компромисс, заключив сделку с «нацистским дьяволом». Он был уверен в том, что история в конечном итоге оправдает его. И 9 мая 1945 года она его оправдала!

 

Была ли Польша «белой и пушистой»?

Обвиняя СССР в том, что он, подписав пакт с Германией, вместе с ней участвовал в сентябре 1939 года в разделе несчастной страны, Польша представляет себя миру невинной жертвой агрессии. При этом стыдливо умалчивается о том, что именно Польша первой из европейских стран еще в январе 1934-го заключала пакт о ненападении с Германией. А в 1938-м она, как мелкий хищник и пособник гитлеровской Германии, вместе с ней рвала «тело» Чехословакии, вторгшись 2 октября в Тешинскую область и оккупировав ее.

 

К вопросу об освободительном походе Красной Армии в Польшу

После бегства 16 сентября 1939 года польского правительства в Румынию, Красная Армия совершила освободительный поход в Польшу, вернув в лоно СССР территории Западной Украины и Западной Белоруссии, отторгнутые в 1921 году по итогам неудачной советско-польской войны. Красная Армия вышла на границу между Польшей и Советской Россией, установленную условиями Версальского мирного договора еще в 1919-м. При этом ни Польша, ни Англия, ни Франция не объявили войну Советскому Союзу. Более того, спустя месяц после этих событий министр иностранных дел Англии лорд Галифакс, выступая в парламенте, заявил: «Мы не осуждаем эти действия, потому что, во-первых, Гитлер сам начал. А во-вторых, это та самая линия, которую мы предлагали для границ после Первой мировой войны — линия лорда Керзона». Полагаю, что комментарии излишни.

 

Суровая правда истории

Всем тем, кто по заблуждению или злому умыслу осуждает этот пакт, скажу так: своим счастьем пребывания на этой земле мы все обязаны именно этому пакту, ибо именно он помог нашей стране победить в войне со страшным врагом.

Во-первых, цель Сталина была в том, чтобы, играя на противоречиях Германии и великих держав, воспользоваться ситуацией, оттянуть начало войны и создать условия, при которых Советский Союз смог бы подготовиться к боевым действиям со столь сильным противником. Эту позицию подтвердил У.Черчилль, выступая в сентябре 1939 года в палате лордов: «В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий, с тем чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи… Если их политика и была холодно расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной».

Во-вторых, надо учесть экономический фактор. Имели место взаимные поставки Германии и Советского Союза: СССР в основном поставлял Германии сырье в ограниченных масштабах, а Германия Советскому Союзу — технические изделия, станки и различные образцы военной техники, что способствовало развитию советской экономики, в том числе запуску в производство новых образцов вооружений.

В 1939 году СССР еще не был готов к столкновению с Германией в современной войне моторов. Договор дал нашей стране 22 месяца отсрочки, которая позволила запустить в серийное производство новые образцы вооружений: автоматы, минометы, танки, самолеты и артиллерийские системы. В 1939-м средние и тяжелые танки Т-34 и КВ, а также самолеты-штурмовики ИЛ, сыгравшие решающую роль в войне, были доведены только до производства, а ведь требовалось еще три-четыре года, чтобы запустить их серийный выпуск. Значит, по-настоящему развернуть эти вооружения можно было только к 1942 году! Танк Победы Т-34 и все остальные вооружения, с помощью которых мы и выиграли войну, оказались реально задействованы — и то в минимальных количествах — только к 1941 году. К примеру, тяжелых танков серии КВ было изготовлено к началу войны 639 штук, а танков Т-34 — 1250. Значит, вступив войну раньше, мы оказались бы без автоматов, минометов и массовой мощной артиллерии, только с конницей и легкими танками. Отсутствие современного вооружения сказалось тяжелыми потерями уже в финской войне 1939-1940 годов.

В период полученной отсрочки шло ускоренное перевооружение Красной Армии. Так, если в 1939-м минометов было произведено 4,4 тыс., то в 1940-м — уже 38,3 тыс., то есть в семь раз больше. Авиабомб аналогично: в 1939-м — 2,8 тыс., в 1940-м — 7,6 тыс., то есть почти в три раза больше. Самолетов новых модификаций в 1939-м было всего 6, в 1940-м — 500, а 1941-м — уже 11 633. Танков Т-34 в 1940-м имелось всего 97, а 1941-м — уже 2996.

Если бы эта отсрочка не позволила нам добиться хотя бы двух-трех тысяч средних и тяжелых танков и всего остального, то трагический итог войны был бы более печальным. Полученные в обмен на советское зерно и нефть 50 тысяч немецких станков были использованы для производства современных образцов танков, самолетов и пушек, с помощью которых Красная Армия выпустила кишки германскому Вермахту. В дополнение к сказанному сошлюсь на авторитетное свидетельство того же В.М. Молотова, именем которого назван пакт: «Мы знали, что война не за горами, что мы слабей Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, докуда нам придется отступать — до Смоленска или до Москвы… Мы делали всё, чтобы оттянуть войну. И нам это удалось — на год и десять месяцев. Сталин еще перед войной считал, что только в 1943 году мы сможем встретить немца на равных…» Так и случилось: сокрушительные удары Германии были нанесены в 1943-м — в Сталинградской и Курской битвах!

В-третьих, пакт способствовал удалению на сотни километров плацдармов Вермахта для нападения на СССР, что спасло нас от неминуемой гибели. СССР вернул в свой состав Прибалтику, Западную Украину, Западную Белоруссию, Бессарабию и Северную Буковину, то есть те стратегические регионы, которые создавали условия для развертывания новых дивизий на случай войны с Германией и повышали обороноспособность страны. Красная Армия получила реальную практику сосредоточения на театре военных действий, развертывания, ведения боевых действий, особенно в Финляндии. Естественно, на этой основе происходила модернизации советских вооруженных сил: формировались новые воинские части и соединения, в том числе танковые; сокращалась кавалерия.

Секретные протоколы к договору, которые все сегодня дружно проклинают, позволили уверенно устроить в прибалтийских странах советские военные базы, преградив ими кратчайшие пути для германского натиска на СССР. Так, наши войска в Эстонии после вторжения Вермахта в СССР покинули Таллин в конце августа 1941 года, и группа армий «Север» встала под стенами Ленинграда только к началу сентября. Ленинград получил возможность создать рубежи неприступной обороны. А ведь Вермахт мог оказаться здесь уже в конце июня 1941-го и вместе с Финляндией с ходу взять Ленинград! И всё потому, что секретные договоренности о разделе сфер влияния в Восточной Европе помогли СССР принудить Финляндию отодвинуть ее границы от Ленинграда с 32 до 150 километров. А если бы Финляндия пошла на Ленинград от Сестрорецка, сумел бы тогда город подготовиться к отражению объединенного натиска? Нет и нет! Новые удаленные границы позволили задержать стремительный бег бронированных дивизий Вермахта: на северном направлении расстояние в 600 километров — от Пруссии до Луги — немецкие дивизии прошли за семнадцать дней. А как скоро они оказались бы под Ленинградом, наступая от Нарвы?!

 

23 августа 1939-го предопределило наступление 9 мая 1945-го

Договор с Германией о ненападении сих пор вызывает злобу англосаксов, ибо его подписание ознаменовало провал английской стратегии: отвести агрессию Гитлера от себя и направить ее на СССР. Сталин переиграл западные державы, вынудив их воевать друг с другом. Этот договор изменил «расписание» и «маршрут» агрессии Германии: сначала Гитлер пошел войной на Запад и только потом уже на СССР! Именно поэтому пакт Молотова-Риббентропа до сих пор демонизируют, пытаясь перевести на него стрелки с позорного Мюнхенского сговора.

Да, противоборствующие стороны в то жестокое время вели беспощадную игру, основываясь на своих национальных интересах и понимая, что за ними стоят их народы. Но одна из этих сторон — Германия — была жестока и бесчеловечна. Все знают, что она была абсолютным мировым злом. Другая же сторона — Советский Союз — это зло остановила. СССР, восстановив довоенные границы и приняв меры к укреплению безопасности своих рубежей, использовал мирную передышку для перевода промышленности на военные рельсы и подготовки к современной войне, которая буквально стояла на пороге. И стратегия Сталина, в конце концов, обернулась знаменем победы над Рейхстагом!

 

Правда остается правдой

ПРАВДА намеренно искажается западными политиками. Она вытеснена из сознания людей воплями о «негодяе» Сталине, подписавшем «преступный пакт с Гитлером». За спорами о пакте все забыли о том, что через 22 месяца Германия нарушила договор о ненападении, вероломно напав на СССР! А критикуют нас потомки тех, кто отсиделся в теплых квартирах, работая на заводах и выполняя немецкие военные заказы для войны с СССР или попивая пиво с немцами в пивных, а то и танцуя с немецкими офицерами в парижских кафе. Спрашивается, есть ли совесть у этих критиков?!

Если оценивать пакт о ненападении со всеми его секретными протоколами по гамбургскому счету, то следует иметь в виду, что речь шла о выживании и спасении СССР как главного «могильщика» нацистской Германии. Именно Советскому Союзу выпала историческая миссия разгромить германский нацизм! Поэтому осуждать этот договор нечестно по отношению к исторической судьбе нашего народа. Это даже аморально: быть живым благодаря этому договору и осуждать его. Думаю, надо поклониться в пояс советским руководителям за их мудрость и ответственность за судьбу народа и государства, за их мужество, прозорливость и уверенность в Победе.

Нам всем важно усвоить: наши действия в тот переломный период были единственно правильными. Если бы СССР не обыграл Запад и Германию в той «большой игре», судьба страны и всего мира могла бы оказаться незавидной: на территории СССР развернулся бы германский протекторат Остланд, фашистский сапог до сих пор топтал бы мостовые Парижа, а над миром господствовал бы чудовищный тысячелетний германский рейх.

Пакт сохранил будущее нашей страны, спас наши с вами ЖИЗНИ и способствовал РАЗГРОМУ Германии. Не зря советский солдат, дошедший до Берлина, написал на стенах поверженного германского Рейхстага: «Развалинами Берлина удовлетворен». В этих словах — истинная бессмертная историческая оценка договора о ненападении с Германией от 23 августа 1939 года!

Геннадий Москвин, историк

Август 2019 года

Вернуться к списку новостей