Выборгский район в годы войны

Продолжаем цикл публикаций о жизни районов Ленинградской области в годы Великой Отечественной войны на основе материалов Ленинградского областного государственного архива в городе Выборге. Наш очередной рассказ — о Выборгском районе.

Перед началом Великой Отечественной

По итогам советско-финляндской войны 1939–1940 годов территории Выборга и Выборгского района вошли в состав Советского Союза, став частью Карело-Финской ССР. Земли, оставленные финским населением, начали активно осваиваться советскими переселенцами. К 1941 году население Выборгского района составляло около двадцати тысяч человек.

Из документов первой половины 1941 года (например, из протоколов заседаний исполкома Выборгского городского совета) видно, что в то время и в городе, и в сельской местности еще продолжались работы по восстановлению. На территорию Выборгского района переселялись колхозы. Из географо-экономического описания района на 1 апреля 1941 года следует, что здесь числилось 73 колхоза, 5 совхозов, 15 подсобных хозяйств и 3 машинно-тракторные станции.

Финское наступление

Став союзником Германии, Финляндия вступила в войну в конце июня 1941 года. Финские войска двинулись в сторону Карельского перешейка и Прионежья. Население Выборгского района начало готовиться к обороне и эвакуации.

В Выборгском районе практически сразу была введена гужевая и трудовая повинности. Многие предприятия и колхозы эвакуировались в течение месяца с начала военных действий. Вывозились и оборудование, и продукты (сообщается о 175 тоннах зерна, вывезенных в южную часть района). В колхозах ускоренно собирали урожай, перегоняли в глубь страны (например, в колхозы Вологодской области) обобществленный колхозный скот.

15 июля руководством города Выборга был разработан план уничтожения ценностей по Виипурскому (Выборгскому) району на случай отхода частей Красной Армии. В перечне предприятий, продукция которых подлежала уничтожению, значились целлюлозно-бумажный комбинат «Йоханнес»; керамический, гвоздильный и кирпичные заводы; крупные совхозы и другие объекты народного хозяйства. При этом уничтожение самих зданий предприятий было признано нецелесообразным, так как «они всё равно в конце концов будут наши».

Большое количество сведений о ходе эвакуации и общем положении дел можно почерпнуть из информации Виипурского ВКП (б), описывающей состояние района на 20 июля 1941 года. Так, известно, что некоторые предприятия, например, в Койвисто (ныне Приморск), расформировывались, а сотрудники рассчитывались, что приводило к росту безработицы и недовольству населения. Ряд предприятий был эвакуирован вместе с рабочими. Например, с бумажной фабрики в поселке Ховинмаа в двух вагонах вывезли людей и в двенадцати — оборудование; с завода огнеупоров в Макслахти — в четырех вагонах вывезли рабочих с семьями и в двадцати трех — оборудование.

Помимо призыва в РККА формировались добровольческие соединения — истребительные батальоны и народное ополчение. Созданный в районе истребительный батальон, по информации Виипурского ВКП (б), состоял из 204 бойцов. В частности, в этот батальон записались почти сто не мобилизованных с началом войны сотрудников бумажного комбината поселка Йоханес (ныне Советский). Однако, судя по документам, у ополченцев была острая нехватка оружия, которое просто-напросто не было им предоставлено.

Положение осложнялось и общим состоянием Выборгского района. Тот же документ Виипурского ВКП (б) говорит о том, что «селения южной части района выжжены, и большое количество семей вынуждено находиться в корпусах завода… [в] сараях и под деревьями». Там же сообщается и об опасениях, связанных со случаями инфекционных заболеваний среди детей.

 

Спасти архив!

Среди учреждений, вывезенных из Выборга, был и архив НКВД Карело-Финской ССР. Согласно приказу заместителя наркома внутренних дел В.В. Чернышова наиболее ценные документы надлежало вывезти в Костромской государственный архив. Подготовка к эвакуации документов и сотрудников была начата в середине июля 1941 года. Они прибыли в Кострому 31 июля и 2 августа и были размещены в здании бывшего Ипатьевского монастыря. Из двенадцати вагонов, перевозивших документы, два были оплачены из средств самих сотрудников архива (упоминается и точная сумма — 1400 рублей).

Вскоре началась работа по переводу найденных в фондах финских документов, которые, как предполагалось, могли содержать информацию о шпионах и провокаторах на территории СССР. Из переписки начальника Выборгского архива М.И. Демидова с Архивным управлением Ярославской области и ГАУ НКВД известно, что положение сотрудников архива осенью 1941 года было близко к катастрофическому. В процессе эвакуации не были переведены средства на зарплаты, и уже 4 октября в письме начальнику ГАУ НКВД СССР майору Никитинскому начальник архива сообщает, что сотрудники «зарплаты не получали за сентябрь месяц», «прожиточный минимум очень дорого стоит» и люди, чтобы прокормиться, вынуждены продавать личное имущество. К сожалению, судя по дальнейшей переписке, решение вопроса с зарплатами архивистов затянулось аж до 1946 года…

 

Под контролем финских войск

30 августа 1941 года Выборг, а впоследствии и район, оказались под контролем финских войск. Финское население вновь стало занимать дома и земли, принадлежавшие ему до советско-финляндской войны. В самом Выборге к 1943 году, согласно отчету архитектора городского плана Лайсаари о восстановительных работах в городе, проживало около десяти тысяч человек мирного населения и постепенно восстанавливалось жилье, в котором предполагалось расселить еще больше людей.

В годы войны на территории Выборга действовал лагерь для военнопленных №6, здания и службы которого располагались в различных частях города и предместьях. В лагере находилось от 11 до 17 тысяч человек. Их заставляли трудиться на сельхозработах и лесозаготовках, заниматься восстановлением города. При этом практиковались телесные наказания (избиение прутьями) и расстрелы. Многие военнопленные умирали от анемии (малокровия), вызванной плохим питанием.

В Ленинградском областном государственном архиве есть фонд №221, состоящий из 15 дел и содержащий сохранившиеся в Выборге документы этого лагеря. Помимо инструкций для караулов и дневника начальника, там имеются и различные сведения о заключенных, в том числе наряды на работы, акты о побегах и расстрелах, журнал наказаний и списки погибших в лазарете.

Есть также большое количество сообщений о побегах военнопленных с возможными указаниями на обстоятельства. Так, начальник подлагеря №6/1, сообщая о побегах заключенных, настаивал на необходимости усиления охраны, «так как гражданский караул слишком благодушный и расслабленный». Часть заключенных, как можно заключить из актов о поимке, была схвачена, некоторые застрелены при задержании.

В деле «Список умерших в лазарете и расстрелянных русских военнопленных» — более трех сотен фамилий. Датировка записей — с января по сентябрь 1942 года. Причины смерти, указанные в карточках, говорят о плохих условиях содержания военнопленных, голоде и антисанитарии. Не все из погибших умирали в больнице, нередко в карточке указано: «умер в дороге», «умер в бараке» или «застрелен на работе».

 

Восстановление района

20 июня 1944 года в результате Выборгской наступательной операции Выборг, а затем и территория района вновь вошли в состав Советского Союза, в дальнейшем став частью Ленинградской области.

План восстановления на 1945 год обрисовывает картину жизни города после войны. Постепенно начинали действовать предприятия, имелась нехватка жилых площадей (если в январе 1945-го в Выборге проживало 2,5 тыс. жителей, то к августу — более 10 тыс., а к началу 1946-го — 16,4 тыс.).

Из докладной записки плановой комиссии исполкома Выборгского городского совета о восстановлении Выборга, составленной не раньше 29 августа 1945 года, известно, что значительная часть сохранившихся в городе домов была деревянной (748 из 858). В 1945 году планировалось восстановить 8000 квадратных метров жилья, однако на момент составления справки было выполнено всего 3,5% плана. Из дальнейшего текста справки становятся ясны причины — нехватка инвентаря и квалифицированной рабочей силы.

Протоколы заседаний Выборгского горсовета содержат большое количество информации о послевоенной жизни города и его насущных проблемах, в частности отмечаются «бесконтрольное и неорганизованное заселение в дома», общая антисанитария; разрушение и расхищение зданий, занимаемых предприятиями; нехватка топлива.

В справке о состоянии Выборга, составленной не раньше мая 1946 года, указано, что в городе восстановлены парфюмерный и пивоваренный заводы; мельничный, кондитерский и хлебокомбинат; швейно-обувная фабрика; организованы новая сетевязальная фабрика и Горпромбкомбинат; восстанавливается торговый порт, включая подъездные пути и площадки для грузов. Также в документе сообщается о нехватке строительного оборудования и материалов, что тормозит строительные и ремонтные работы, и приводится информация о восстановлении учебных заведений, среди которых шесть школ, где на тот момент обучалось более двух тысяч ребят, и специальные учебные заведения с общим числом обучающихся около тысячи человек.

Состояние района после войны, судя по документам, было весьма тяжелым. Акты по выявлению ущерба, составленные в 1944 году, свидетельствуют о разрушениях, расхищении собственности, уничтожении колхозного имущества...

В послевоенное время на Карельский перешеек переселялись жители других регионов. В акте приема-сдачи эшелона с колхозниками-переселенцами от 10 марта 1945 года записано, что за два дня до этого, 8 марта, на станцию Койвисто в тридцати вагонах прибыла 131 семья с различным домашним скотом, птицей и имуществом. По отчетам о количестве, составе и размещении колхозников известно, что с августа по декабрь 1944 года в Койвистовский район прибыло 47 семей в количестве 254 человек.

В фондах Ленинградского областного государственного архива имеются приказы народного комиссара целлюлозной и бумажной промышленности о восстановлении предприятий на Карельском перешейке.

Медленно и с большим трудом в Выборге и районе начала возрождаться и сельская жизнь. Выборгскому району, пережившему две войны подряд, предстоял долгий путь восстановления.

Материалы предоставил архивист Савва Эйрус-Шулепов

Подготовила Татьяна Можаева

 

Вернуться к списку новостей