Потеря ребёнка — самое страшное испытание, которое может выпасть на долю матери. Однако даже через нестерпимую боль и горечь утраты настоящая родительская любовь может обернуться тихим, но в то же время великим подвигом. Киришанка Людмила Мишкина после гибели на специальной военной операции сына Артёма приняла решение на полученные выплаты закупить оборудование для бойцов на передовой.

ЭТИ ДЕНЬГИ ДОЛЖНЫ СПАСАТЬ ЖИЗНИ

— Людмила Николаевна, ваше решение передать средства на фронт буквально потрясло волонтёров и всех, кто о нём узнал. Почему вы решили поступить именно так?

— Знаете, когда мне пришли эти деньги, я долго сидела и думала: что с ними делать? Сестра мне сразу сказала: «Эти деньги заработаны потом и кровью твоего ребёнка, на личные нужды их тратить нельзя». И я была с ней полностью согласна. Мне эти средства счастья бы не принесли. Они принадлежат сыну, Артёму. И если я не могу передать их лично в его подразделение, значит, я должна помочь другим ребятам, которые сейчас там, в окопах. Через отделение фонда «Защитники Отечества» я вышла на волонтёрскую группу «Ангелы фронта». Когда волонтёры спросили, какую сумму я готова пожертвовать, и я назвала её, у них был шок.

— Вы сразу поставили волонтёрам очень строгое условие по поводу закупок. Почему?

— Да, я сразу сказала: «Никаких конфет, носков или перчаток. На это я денег не дам. Давайте закупать то, что реально спасает жизни и помогает воевать». Мы сели вместе с волонтёрами, у них уже был список потребностей от подразделений. На все деньги мы заказали то, что ждали на передовой месяцами: мощный генератор, профессиональные рации, ноутбук для работы операторов. Всё до последнего рубля ушло на технику.

— Вы поддерживаете связь с бойцами, которым поступила эта помощь?

— Да, мне присылают видеообращения с фронта. Бойцы записывают благодарности, показывают полученное оборудование. Смотрю на них — они ведь все чьи-то сыновья… Если эта техника поможет хотя бы одному солдату вернуться домой к матери живым, значит, всё было не зря. Мой сын Артём гордился бы таким решением.

ОН РОС УДИВИТЕЛЬНО ЛАСКОВЫМ И ДОБРЫМ

— Каким был ваш сын?

— Артём появился в нашей семье, когда ему было три с небольшим года. Мы с мужем очень хотели детей, но по показателям здоровья это было невозможно. Поэтому мы приняли решение взять ребёнка из детского дома. Тогда я уволилась с работы, чтобы полностью посвятить себя здоровью Артёма. Мы буквально выхаживали его, лечили, ведь он был очень болезненным мальчиком. Несмотря на все сложности, Артём рос удивительно ласковым и добрым, отзывчивым ребёнком. Помню, когда мы впервые приехали к нему в детский дом и привезли шоколадку, он не стал есть её сам — побежал к другим ребятам и честно поделился со всеми. И этой добротой он отличался всю жизнь. Он был очень мастеровитым, всё мог починить сам, обожал нам помогать.

— Как Артём относился к службе в армии? Насколько нам известно, у него были ограничения по здоровью.

— В том-то и дело! В школе у него вплоть до выпускного класса было освобождение от физкультуры. Но когда в 2011 году он сдал экзамены, то вдруг приходит домой и говорит: «Мама, меня завтра забирают в армию». Я в слезах: «Как? Тебе же нельзя!» А он сам пошёл в военкомат, добился, чтобы его признали годным. Служил сначала в учебной части под Петербургом, потом под Мурманском. Вернулся возмужавшим, сразу пошёл работать — сначала на Киришскую ГРЭС, затем на нефтеперерабатывающий завод.

— Как ваш сын принял решение отправиться на специальную военную операцию?

— Он до последнего мне ничего не говорил, берёг мои нервы. А в ноябре 2023 года пришёл в гости, сел и тихо сказал: «Мама, я подписал контракт, я ухожу». Я пыталась его отговорить, умоляла остаться. Но у Артёма был очень сильный внутренний стержень и обострённое чувство справедливости. Он не мог оставаться в стороне, когда страна ведёт такой бой. Он пошёл туда сержантом, командовал взводом штурмовой роты.

— Как долго он пробыл на передовой?

— В зоне боевых действий он пробыл около двух месяцев. Он воевал в Луганской Народной Республике, в районе населённого пункта Копанки. Там шли страшные, ожесточённые бои. 15 января 2025 года мой сын пропал без вести во время выполнения боевой задачи… Позже сослуживцы подтвердили: Артём погиб как герой, выполнявший свой долг до последнего дыхания.

ПАМЯТЬ ЖИВЁТ В ДОБРЫХ ДЕЛАХ

— Людмила Николаевна, где вы находите силы жить дальше и помогать другим?

— Признаюсь честно, силы даёт память о моём сыне. Когда мне становится совсем тяжело, я вспоминаю его улыбку, его голос. Я знаю, что он смотрит на меня с небес. Мне не нужны дорогие вещи, компенсационные выплаты, ведь они не заменят мне ребёнка. Но пока я жива, я буду помогать тем, кто воюет за нашу страну.

Ребята на передовой должны знать: у них есть надёжный тыл. Нас, матерей, не сломить. И если мой вклад помог сохранить чью-то жизнь, значит, память о моём Артёме продолжает жить и совершать добро на этой земле.

Материал подготовили Светлана Солоницына и Карина Щепина
Фото из архива Людмилы Мишкиной