Далеко не все жители нашей страны знают о поисковом движении, хотя его история началась еще в конце 1980-х. Великая Отечественная война давно окончена, но по сей день в полях, лесах и болотах остаются лежать неупокоенные солдаты Красной Армии, а значит, работа для поисковиков есть. За последние пять-семь лет поисковое движение заметно расширилось: в отряды приходит много молодежи. А еще поисковиками все чаще становятся женщины — матери, жены и дочери, которые вносят неоценимый вклад в сохранение исторической памяти. Они наравне с мужчинами поднимают останки бойцов, трудятся в архивах, занимаются патриотическим воспитанием. Героиня нашего проекта #ЯСАМА Юлия Соколова состоит в поисковом движении уже более десяти лет. За эти годы поиск стал не просто увлечением, а неотъемлемой частью жизни всей ее семьи. Мы поговорили с Юлией о том, как ей удается совмещать роль многодетной мамы, работу и активное участие в поисковом движении.



Цифры и семейные реликвии
Родилась наша героиня в Санкт-Петербурге, в 2000 году ее семья переехала в Отрадное. По окончании школы Юлия планировала связать свою жизнь с психологией, но судьба распорядилась иначе: «Долгие годы я работала оператором в районной поликлинике. Мне всегда нравилось считать, и когда освободилось место медицинского статиста, я охотно сменила должность. Сегодня обрабатываю и анализирую данные о работе учреждения. На основе этих показателей готовлю отчётность, контролирую достоверность информации, тем самым помогаю руководству оценивать эффективность работы, планировать ресурсы и улучшать качество обслуживания пациентов».
Юлия — мама троих детей. Старшему сыну 18 лет, среднему — 11, младшей доченьке — 8. Отношения в семье строятся на почитании старших, заботе о близких и взаимном уважении. С особым трепетом хранятся реликвии, связывающие воедино прошлое, настоящее и будущее семьи.

«Мой дед Пётр Фёдорович Соловьёв служил под Смоленском, его ордена и медали хранятся в нашей семье. Каждый год, перед праздником я достаю их и показываю детям, — говорит Юлия. — Однажды взвод, в составе которого служил дед, накрыло артобстрелом — все погибли. Дедушка тоже числился убитым, и только в 2005 году нам удалось добиться, чтобы на сайте ОБД «Мемориал» его имя было внесено в списки выживших. Пётр Соловьёв остался жив благодаря случаю: мимо шел санитарный батальон и одна из санитарок решила проверить, есть ли выжившие. Таким образом, мой дед и несколько его сослуживцев были обнаружены и доставлены в госпиталь. В 1942-м Петра Фёдоровича комиссовали. Помню, в День Победы он надевал китель с орденами и медалями, приходили его фронтовые товарищи, сидели на веранде, вспоминали тех, кого уже нет, плакали... Для них это действительно был Праздник со слезами на глазах».

Путь в поисковое дело
В поисковом движении Юлия Соколова с 2015 года. «Изначально это было увлечением моего брата Сергея. Приходя домой с раскопа, он так воодушевленно рассказывал о работе отряда, что, в конце концов, увлек и меня. Тогда я была беременна вторым ребенком и, конечно, не могла участвовать в поисках на местности. Но мне нравилось иметь дело с информацией, докапываться до сути, поэтому я стала помогать отряду в работе с архивами, — вспоминает Юлия. — Я очень благодарна старшим товарищам, которые объяснили, где искать зацепки, как добывать нужные сведения».
Сегодня Юлия состоит в поисковом отряде «Отчизна». Она никогда не участвовала в выездных экспедициях, потому что с детьми довольно сложно жить в полевых условиях, а поиски на территории родного Кировского района дают возможность возвращаться на ночь домой.
Как утверждает наша героиня, в поисковой работе нет разделения на мужскую и женскую: «Конечно, парни нас жалеют, во всем помогают. Сейчас в поисковом движении немало женщин, девушек, девочек. В основном они заняты тем, что перебирают землю либо расчищают останки. Также на женских плечах — лагерь, обеспечение отряда горячим питьем».

Вернуть пропавших домой
Самое ценное, что привносит женщина в поисковое движение, по словам Юлии, — это умение чувствовать. Именно женщина может ощутить всем сердцем и донести до общества, что за каждым бойцом, чьи останки удалось поднять из земли, чье имя получилось установить, стоят мать, потерявшая сына; жена, так и не обнявшая любимого; дети, которые не дождались отца. Юлия Соколова твердо убеждена: работа поисковиков, пусть и спустя восемьдесят с лишним лет, не напрасна. Даже если из ста солдат найден только один, чья личность установлена, — это бесценный результат. Ведь тот, о ком столько лет не было вестей, наконец, вернется домой.
«Недавно мой средний сын Никита в ходе поисковых работ на улице Победы нашел камень, отмыл его и стал изучать под микроскопом, — рассказывает Юлия. — И оказалось, что это не камень, а стекло, которое поддалось такому термическому воздействию, что расплавилось и вобрало в себя всё, что было вокруг: землю, металл, пузырьки воздуха, капли воды... Представляете, какие здесь шли бои, какой интенсивности были обстрелы, как горела земля, что даже стекло плавилось!.. Из журналов боевых действий нам известно: через Неву переправилось две тысячи человек, после первых пяти минут боя осталось полторы сотни. От таких цифр охватывает ужас!.. Когда знаешь о потерях и видишь этот кусочек стекла, невольно задаешься вопросом: как хоть кто-то смог выжить в том аду?! Возможно, именно поэтому наши деды молчали и не хотели вспоминать о тех днях…»
В ходе кропотливой архивной работы Юлия использует сайты ОБД «Мемориал» и «Память народа», изучает журналы боевых действий, сопоставляет находки с датами наступательных операций, просматривает именные списки частей. «К сожалению, мы не так часто доходим до цели, как хотелось бы. И человеческий фактор никто не отменял: в условиях военного времени части переформировывались очень быстро, списки составлялись на бегу, некоторые фамилии могли быть записаны неверно. Но мы никогда не «притягиваем» бойца к чьим-то данным. Объявляя поиск родственников, мы на сто процентов уверены в точности сведений», — говорит наша героиня.
Кульминацией поисковой работы становится возвращение солдата домой. «В моменты, когда я сообщаю родным бойца, что мы нашли останки их предка, у меня всегда дрожит голос, а людям требуется время, чтобы осознать эту информацию, — рассказывает Юлия. — Еще мы обязательно спрашиваем у родных, сохранились ли у них фотографии. Это ни с чем не сравнимое чувство, когда ты находишь останки бойца, а потом можешь увидеть лицо этого человека».

Такие разные истории
За время работы в поисковом движении Юлия сталкивалась с разными судьбами. Бывает, что удача приходит к поисковикам слишком поздно: «Однажды я разместила в группе объявление о поиске родных, на которое откликнулись студенты. Ребята сбегали по старому адресу бойца, опросили жильцов дома и выяснили, что мама найденного солдата жила там всё время. Отец его тоже не вернулся с войны, а пропавшего без вести сына женщина искала всю жизнь, писала письма во всевозможные инстанции, но, увы, не дожила до того дня, когда его останки были обнаружены. Других родных у солдата не было, и он был захоронен в братской могиле».
Что касается реакции потомков бойцов на известие о найденном предке, то в поисковой практике Юлии все родственники поднятых солдат с трепетом относились к историям своих семей и были благодарны за работу, проделанную поисковиками. Однако на встречах с коллегами из других отрядов Юлия слышала и другие истории. «Были случаи, когда ребята звонили родным, чтобы сообщить, что нашли их предка, а им в ответ говорили: «Ну, и что? Восемьдесят лет прошло. Зачем нам это? Хороните там, где нашли. Мы не будем этим заниматься — у нас нет времени».
А случаются и невероятно трогательные моменты. «Однажды поисковики сумели установить имя бойца и отыскать его родных. На церемонию захоронения приехал пожилой мужчина — его сын. Он был совсем мальчишкой, когда провожал отца на фронт. Поисковики организовали для него гостиницу, а он спросил: «Могу ли я переночевать с папой? Я помню, как бежал за ним по проселочной дороге, и он обещал, что обязательно вернется и прочитает мне сказку на ночь». Когда слышишь такое, хочется продолжать заниматься поисковым делом, не обращая внимания ни на какие трудности», — говорит Юлия.

Воспитывая патриотов
Со временем дети многодетной мамы-поисковика тоже увлеклись этим важным делом. «Младшие с рождения на раскопах, — говорит Юлия. — Дома мы нередко обсуждаем нюансы поисковой работы. По учебнику анатомии я рассказывала детям, что внутри у нас есть костный скелет и те косточки, которые мы находим, принадлежат конкретным людям. Мы вместе ходим в музеи, посещаем мемориалы, ведь копать, не зная истории, очень тяжело. Каждый человек имеет право быть захороненным должным образом. Поэтому я всегда напоминаю детям: работа поисковиков — трудное, ответственное, но очень нужное занятие. Мы сохраняем историю, чтобы правда о войне никогда не стёрлась из памяти следующих поколений».

Дети нашей героини знают правила поведения на раскопах. «Случайных детей в поиске нет, они растут в поисковом братстве и четко знают: под рукой не стоять, в чужие раскопы не залезать. Мы всегда проговариваем, что можно и чего нельзя. Например, если нашли что-то и не знаете, что это такое, зовете взрослых и спрашиваете, — рассказывает Юлия. — Чаще всего ребята перебирают землю на отвалах. Когда моему старшему сыну было лет двенадцать-тринадцать, мы участвовали в поисковых работах в овраге Ветвистом около левого берега реки Тосны, поднимали бойца. Вдруг Женя прибежал и говорит: «Смотрите, какая странная гильза!» Оказалось, что это самодельный смертный медальон. Когда мы его открыли, внутри нашли записку с данными бойца. Я похвалила сына: «Вот видишь, твоя внимательность возвратила солдата домой!» Установив имя того человека, мы смогли отыскать его родственников. Потомки бойца приняли решение похоронить героя на родине. Когда внук солдата приехал за останками, он поблагодарил Женю и пожал ему руку. Для ребенка это было очень важно!»

Шаг за шагом
Работа поисковиков сложна не только физически и психологически, но и технически, ведь в ней крайне необходимы осторожность и точность. А еще —много терпения, ведь не каждый день на раскопе случаются удачи.
«Процесс поиска очень долгий, и нас часто спрашивают, нельзя ли копать быстрее. Но поисковая работа — это не бездумное махание лопатой. Это — настоящая военная археология. Сначала мы исследуем местность с помощью металлоискателя и щупа. Как только понимаем, что наткнулись на останки бойца, большие лопаты откладываются в сторону. Делается раскоп и начинается зачистка. Тут в дело идут саперные лопатки, ножи, совки, кисточки и просто голые руки. Любая неосторожность — и крошечный смертный медальон или личные подписные вещи могут навсегда потеряться. Каждая горсть земли, которая снимается с бойца, перебирается руками. В ней могут быть пуговицы, монеты, петлицы — то, что поможет определить род войск или личность. Когда останки полностью зачищены, мы их фотографируем, составляем протокол эксгумации, зарисовываем схему раскопа и только после этого начинаем бережный подъем, следуя строгим правилам, — объясняет наша героиня. — Помню, под одним постом на странице нашего поискового отряда в соцсетях кто-то написал: «Если вы думаете, что нашли два десятка косточек — значит, нашли двадцать солдат, то вы ошибаетесь». Я хочу, чтобы люди понимали: если мы пишем, что нашли двадцать солдат, наша информация тщательно перепроверена и максимально точна».
Зачистка одного бойца может занимать долгие часы. Это ювелирная работа в непростых условиях. Но поисковики терпеливо ее выполняют, потому что каждый лежащий в земле солдат заслуживает максимального уважения. Кроме того, есть огромный пласт рутинных дел, которые для людей непосвященных остаются «за кадром». Например, необходимо засыпать и приводить в порядок уже отработанные раскопы, чтобы на местности не оставалось опасных ям и брошенных траншей.

«Люди должны знать!»
«Поисковики — особые люди. Мы не просто знаем историю по книгам, мы каждую вахту видим ее собственными глазами, прикасаемся к ней руками, — говорит Юлия.  — Спускаясь в раскопы, поднимая пробитые каски и вскрывая смертные медальоны, мы четко осознаем ту непомерную цену, которую наши деды и прадеды заплатили за Победу над фашизмом. Они остались в этих траншеях ради того, чтобы мы могли жить. И чтобы живая связь поколений была неразрывной, люди должны знать о нашей работе!»
Поэтому дело просвещения — одна из задач поискового отряда «Отчизна». Во время учебного года вместе с отрядом Юлия участвует в патриотических занятиях в школах, где рассказывает детям о найденных поисковиками артефактах. Ежегодно к 9 Мая отряд устраивает выставки под открытым небом, показывая предметы, связанные с Великой Отечественной войной, которые отдает поисковикам земля. «Когда мы видим, с каким трепетом дети и взрослые вглядываются в истлевшие личные вещи солдат и слушают рассказы о буднях в раскопе, мы понимаем: всё это точно не зря. Именно в такие моменты сухие строчки из учебников истории становятся реальными человеческими судьбами», — уверена наша героиня.
В социальной сети «ВКонтакте» Юлия ведет страницу поискового отряда «Отчизна». Там регулярно освещается деятельность поисковиков в Отрадном. «Конечно, не всё мы можем показывать в публичном пространстве, — рассказывает Юлия, — но зато много говорим о памяти, уважении, о том, как важно не дать переписать историю сейчас, когда свидетелей военного времени уже почти не осталось в живых».
За годы существования поискового движения сменились поколения, но общее дело продолжает жить. Поисковая работа требует колоссальной отдачи, изматывает, но те, кто действительно горит военной археологией, находят силы и возможности, чтобы так или иначе идти по этому пути дальше. Для Юлии каждый поднятый из земли боец и родственники тех, чьи имена получилось вернуть из небытия, стали практически родными. А чтобы избежать усталости, наша героиня посещает музеи и черпает энергию в успехах своих детей, поддерживая их увлечения. Способность видеть в людях только хорошее, желание быть частью чего-то большего и делать что-то значимое — вот что помогает многодетной работающей маме оставаться в рядах поисковиков. Она уверена: этот труд крайне важен не только для тех, кто погиб на полях сражений или потерял родных в годы войны, но и для наших детей, нашего города, страны, истории человечества и будущего в целом.

Анастасия Берёзкина
Фото из архива Юлии Соколовой

Реализуется при поддержке комитета по печати Ленинградской области

Присоединиться к поисковому отряду «Отчизна» ВКонтакте